«Продадут все. Даже петуха забить не могут»
Дом семьи Царевых. Фото: Дмитрий Лощинин.

Дом семьи Царевых. Фото: Дмитрий Лощинин.

Как в Карелии чувствуют себя те, кто 10 лет назад бросил жизнь в городе и уехал в ближайшее село

В карельской столице процесс субурбанизации начался в начале двухтысячных. Тогда многие променяли свои квартиры в Петрозаводске на землю в пригороде и построили дома. Он продолжается и сейчас. Поселки Деревянное, Новая Вилга, Чална, Шуя буквально пухнут от новоселов. Многие обзаводятся подсобным хозяйством, берут на откорм скот и пытаются возродить карельскую деревню в новом виде. «Русская планета» выясняла, есть ли в действительности у этой идеи перспектива, и как дети тех, кто принял решение уехать, повзрослев, ощущают себя на селе.

Грибочки белые

Ровно 10 лет назад Царевы продали трешку в центре, купили полтора десятка соток, дом, завели подсобное хозяйство. К многодетной семье, сменившей коммунальный комфорт в Петрозаводске на сельскую брутальную реальность, еду по трассе — до Шуи чуть больше 10 км. Мелькают рекламные билборды — дом по цене квартиры. Сам поселок не узнать — настоящая новая малоэтажная Россия. У кирпичного двухэтажного дома встречает глава семьи Владимир Царев.

– Заходи, заждались. Давай к столу, — машет рукой Владимир, — мы специально маринованные белые грибочки открыли. Надевай валенки. Полы холодные.

Прохожу на кухню. Царевы-старшие за 10 лет ни разу не пожалели, что переехали из города в деревню.

– Нисколько не жалеем, вообще нисколько, — выкладывает из банки в тарелку грибы супруга Владимира Оксана. — В этом году очень много насобирали грибов, насушили, намариновали. Уксуса совсем чуть-чуть, не как в магазине.

Оксана Царева работает в школе и получает пенсию. Рассказывает о наболевшем.

– Представляешь, проработала в школе и в детском саду 30 лет, получаю пенсию шесть тысяч, — подает тарелку с картошкой и тушеным мясом хозяйка.

– Слово «пенсия» аж бесит, — заправляет дровами печь Владимир, — какому-то алкашу дали пенсию по инвалидности 16 тысяч, моя родила четверо детей и получает шесть тысяч. Как можно на такие средства прожить? Где справедливость? Получается, в нашей стране надо бухать и не работать, так что ли?

В доме у Царевых комфорт, как в благоустроенной квартире: проведены все коммуникации, есть интернет, компьютеры. В гостиной замечаю музыкальную электроустановку, на которой вечерами играют всей семьей и поют.

Сельский базис

Владимир переехал сюда с семьей, когда ютиться в трехкомнатной квартире с большой семьей стало невозможно. Здесь занялся натуральным хозяйством. Работы никакой не чурался. Сейчас он, кроме всего прочего, трудится электриком в котельной коммунального предприятия. Недавно купил микроавтобус, теперь еще и занимается пассажирскими перевозками. Но главная «подушка безопасности» в семье — это все-таки продукты собственного производства: мясо, молоко, яйца. После обеда идем кормить животных: бычка, поросят, коз, кур и кроликов. Снимаю валенки, после протопленной печи становится жарко.

– Больше половины всего питания в семье свое, — Владимир выходит на улицу. — У нас сейчас лежит запас от бычка, которого уже забили и еще не съели, от поросенка, плюс молоко. Сейчас три козы — две беременные не дают пока молока, а одна работает за всех. Два литра в день с одной козы, 300 рублей в день она дает. Это хлеб-булка уже есть в доме. А если все три козы начнут давать молоко, если с родами у них все нормально, вот тогда будет отлично.

Молоко продают. За ним приезжают из города, в основном, те, кто побогаче, или те, у кого дети болеют и им можно только козье молоко. Одного ребенка горожане так уже вылечили.

– В магазине литр козьего молока — 280 рублей, я продаю в разы дешевле. А мяса вообще не покупаем, — Оксана идет с двухлетней внучкой Алиной к кроликам, — когда быка прошлого забили, тушенки наделали. Сейчас у нас две свиньи. Бычок сейчас стоит. Так в нем уже килограммов 230.

Алина несет березовые ветки кроликам. Владимир сбрасывает с чердака сено и спускается вниз. Заходим внутрь постройки. Меня за куртку хватает коза. Отстраняюсь.

– Она так всех жует, — улыбается Владимир.

Приносит бычку и поросятам очистки картофеля, моркови, свеклы. Пока размешивает, поросята смотрят, ждут, как дрессированные, когда закончит. Затем набрасываются аппетитно чавкать. Уходим, чтобы не портить свинкам аппетит. Идем в курятник.

– Опять маленькое, как теннисный шарик. — Владимир достает из гнезда яйцо. — Смотри, одно обычное, другое маленькое. Почему так? Вообще в день примерно по полтора десятка яиц несут. Куры сами себя окупают. Плюс бык, две свиньи. К весне уже пойдет сало, мясо будет.

Мясо в Карелии за год дорожает на треть. Сельхозпроизводители жалуются, что корма дешево не купить. Но у Царевых источник кормов бесплатный.

– Мы берем корма в филиале фирмы, которая для ресторанов города делает всякие заготовки салатов, — говорит Владимир. — А нам эти очистки, чтобы не утилизировать специально, отдают. Я только-только приехал, привез три ведра. Еще разгружать буду. Но они закрываются с марта. Не знаю, что дальше будет. Столько животных уже точно держать не будем. На комбикормах невыгодно, я считал. Если бы не эта точка, где мы очистки берем, мы только курочек немножко бы держали, ну и свинку.

– То есть такое фермерство не возродит русскую деревню?

– Конечно, нет, — качает головой Оксана. — Сейчас многие уже отказываются держать крупный рогатый скот даже для себя, совершенно невыгодно, если нет своих каналов бесплатных кормов.

– Единственное спасение — выращивать корма самому?

– Да, — хором отвечают супруги, — но на это нужна земля. Хотя бы полгектара. Можно свеклу, турнепс выращивать.

«Пусть едут»

– Дети не хотят уехать отсюда в город? — спрашиваю я у хозяйки дома.

– Хотят, но некуда. Конечно, каждый хочет отделиться, чтобы жить в своем доме, своей квартире. Младший, Алексей, в городе живет с женой и дочкой Алиной в квартире. Взяли ипотеку на Древлянке — 22 тысячи в месяц за однокомнатную, десять лет рассчитываться. 1 миллион 800 тысяч — цена квартиры. Денег не хватает, начинаются ссоры, — с тревогой делится Оксана.

Приходит Алексей. Признается, что хотел бы жить в поселке, но уже негде.

– Землю не купить в поселке. Кто-то нахапал, а теперь продают за бешеные деньги. Пока живем в городе.

Средний сын Матвей увлекается компьютерами, старший 29-летний Артем — хорьками и звездами. В комнате на втором этаже телескоп.

– Видел Юпитер и Луну через телескоп. А это хорьки Кныш и Чиба, — Артем показывает на клетки, — сейчас на них мода развивается. Потомство дают раз в год, так что на этом можно немного подзаработать: 40 тысяч с выводка.

По статистике, горожане активно стремятся в пригород. Например, в Шуе с 2010 по 2013 годы население выросло на 150 тысяч человек, в Чалне, в селе Деревянное на — 100 тысяч, в Новой Вилге — на 200 тысяч. Процессу субурбанизации способствует поставленная в 2007 году в генплане Петрозаводска задача по увеличению доли коттеджной застройки. По проекту до 2025 года двух-четырех этажных домов будет 35%, а коттеджей 15%. Город вынужден расширяться в пригород.

Я спрашиваю у Артема, хочет ли он уехать в город, когда, по сути, наблюдается обратная тенденция.

– В город, вроде, не собираюсь, но, честно, хотелось бы, чтобы было с кем жить или где. Главный вопрос — жилищный. Хотя можно было бы снимать, но я не хочу один жить. Пока девчонку не нашел себе. Одному скучно. Работаю на лесопильном предприятии. Если бы жил в городе, меня возил бы каждый день рабочий автобус. В городе жизнь проще, не надо печки топить, дрова колоть. Я ленивый немного в этом плане. Пока молодой, не хочется с сельским хозяйством связываться. Но, может, с годами отцовские гены и проснутся, — рассуждает Артем.

Дочь Мария закончила художественную школу, сейчас устроилась в детский сад младшим воспитателем. Картины пишет. Скромная, не любит показывать свое искусство. Любит читать Стивена Кинга.

– Мне нормально здесь. Я не хочу в город. Мне городские тусовки, дискотеки не нужны, я на концерты любимой группы езжу в Питер. — Показывает постеры английской рок-группы Placebo в своей недавно отремонтированной комнате.

По признанию отца семейства Владимира, детей сельское хозяйство вообще не интересует, они, повзрослев, стали меньше помогать, «завели в контактах нано-фермы», играют в «стрелялки». Иногда даже бывают ссоры на этой почве.

– Они, скорей, продадут все. Даже петуха забить не могут, — с тоской констатирует Владимир, — помочь могут, но я даже и не приучаю, я знаю, что им этого не надо. Сейчас вся молодежь такая пошла. Артем купил мощный телескоп, фотоаппарат, объективы, металлоискатель. Вот, что их интересует. Но это их выбор. У каждого свой путь. Сейчас спроси любого — сколько нужно купить комбикорма курам на месяц — никто не скажет. Интересуются гаджетами современными, компьютерами. Матвей особенно. Зато в нано-ферме все специалисты. Собак еще накормят. Мы с маманей только на себе и держим.

– Папа, ты сам в контакте поигрываешь в зомби-ферму, — подлавливает Маша.

– Ну да, — стыдливо возмущается Владимир, — но очень быстро. Часами там не сижу. 30-40 минут. От компьютера информационная польза. Можно следить за результатами спортивных соревнований.

– Не боитесь, что дети в город вернутся?

– Так ради бога. А чего жалеть? Потом будут в гости приезжать. Еще даже интересней будет. Пусть едут, снимают квартиру, зарплаты хватит

– Ехал сюда, видел объявление «Дом по цене квартиры 2 200 000». Это дорого?

– Не знаю, не читаю объявлений. Может, уже и недорого, раньше дома были от 500 тысяч, покупали ради участков. У нас мысль была продать дом и построить на хорошем участке у реки. Передумали, стало жалко.

У Царевых была возможность переехать на юг и купить домик у моря, но они решили остаться в Карелии.

– Я один раз был на юге, на море. Тянет на юг, когда сидишь в четырех стенах. А мне отсюда уезжать никуда не хочется. С работы бегу сюда с удовольствием. Я все время работаю, я час не могу просидеть за кино. Новости только могу посмотреть, что творится на Украине. Праздники новогодние не люблю, в это время мало заказов. Работать привык все время.

Сейчас семья мечтает о другом. Владимир показывает на недавно купленный сруб.

– У нас есть мечта — баню построить, — он подходит к красному джипу. — А на этой японской машине с Лешей на соревнования запишемся, тюнинг сделаем — фары летом, да колеса шире, эти не едут, надо 33-е, кусачие чтобы были.

Тусовка в Шуе своя. Здесь многие увлекаются гонками на внедорожниках. Это хобби формирует местный образ жизни. По словам Владимира, большинство проживающих в Шуе люди хорошие, группа есть в социальных сетях, куда можно написать, и земляки сразу же отреагируют и помогут. А место сбора — каток. Там и праздники проводят. Бывает, конечно, ссорятся по мелочам, но всегда мирятся.

«Остальные дни — картошка» Далее в рубрике «Остальные дни — картошка»Почему жителям Карелии придется есть меньше мяса Читайте в рубрике «Общество» Двойной удар по ЕГЭПочему готовиться к экзаменам стало проще? Отвечают создатели успешного российского стартапа TwoStu Двойной удар по ЕГЭ

Комментарии

26 февраля 2015, 18:06
У нас в Карелии всего 700 тысяч , Петрозаводск 260 тысяч, новые сателлиты ШУЯ ЧАЛНА ВИЛГА, ДА ЗДРАВСТВУЕТ НОВЫЙ ПЕТРОЗАВОДСК!
Авторизуйтесь чтобы оставлять комментарии.
Не пропустите лучшие материалы!
Подпишитесь на «Русскую планету» в социальных сетях
Каждую пятницу мы будем присылать вам сборник самых важных
и интересных материалов за неделю. Это того стоит.
Закрыть окно Вы успешно подписались на еженедельную рассылку лучших статей. Спасибо!
Станьте нашим читателем,
сделайте жизнь интереснее!
Помимо актуальной повестки дня, мы также публикуем:
аналитику, обзоры, интервью, исторические исследования.
личный кабинет
Спасибо, я уже читаю «Русскую Планету»