«Народ ранимый очень»
Шелтозерский веппский музей Фото: Дмитрий Лощинин

Шелтозерский веппский музей Фото: Дмитрий Лощинин

Зачем жители Карелии сохраняют вепсские язык и культуру

В этом году главному музею вепсской культуры в селе Шелтозеро в Прионежском районе Республики Карелия исполнилось 200 лет. Ученые регулярно собираются на конференции и культурные встречи, главной темой которых становится сохранение культуры этого малочисленного народа. Молодые исследователи выделяют национальные черты вепсов и пытаются понять уникальный образ мышления этого народа. Корреспондент «Русской планеты» отправился в Шелтозеро, где проживают вепсы, чтобы выяснить, в чем ценность их традиций.

Первые упоминания о вепсах относятся к VI веку нашей эры. За последние сто лет численность вепсов сократилась в пять раз. Сейчас их чуть меньше шести тысяч. Из них большая часть проживает в Карелии. Остальные в Ленинградской, Вологодской областях и других регионах. В Карелии главный музей вепсов расположен в Шелтозеро. Он и является ядром вепсской культуры.

Что вепсу хорошо

Мы с молодой исследовательницей и журналисткой Марией Филатовой подходим к новому экспонату музея — деревянной кровати для молодоженов. Льняной наматрасник набит сеном.

В вепсском языке слово «бессонница» в отличие от русского имеет позитивный окрас и дословно переводится как «белый сон». Для русского это отсутствие, нехватка, недостаток сна с явно негативным окрасом, а для вепса это неплохо. Такое позитивное восприятие того же явления, мол во время бессонницы человек тоже отдыхает.

– Это один из самых популярных примеров особого вепсского национального мироощущения, — комментирует Мария.

На эту тему у доктора филологических наук Нины Зайцевой составлен сборник стихов «В объятиях бессонницы». Она считает, что у вепсов более терпимое отношение к любителям поспать, нежели у русских.

– У вепсов очень много таких шутливых обращений к лентяям, к людям, которые любят поспать. К ним не так отрицательно относятся, как у русских. И таких фразеологических названий много: «унисат» — «сонная копна», «уникего» — «сонный стог», «унитук» — «комок сна», «унисига» — «сонный поросенок». Это шутливо высмеивается такое пристрастие ко сну. Любить поспать — это не плохо, просто, это вот ты такой засоня. От лени вылечить можно, это не самый страшный порок.

«Ни ягоды в рот»

В то же время известно о чрезвычайном трудолюбии вепсов и их упорстве. Вепсянка Светлана Петровна Пасюкова родилась в деревне Горное Шелтозеро. Вспоминает, как в детстве ходила за черникой.

– За что-то взялся, обязательно закончи. В детстве если поехал по ягоды, было задание 20 кружек черники собрать, никто же нас не контролировал, и пока мы все не выполним, мы ни одной ягоды в рот не брали.

– Народ трудолюбивый, — добавляет хранитель фондов музея Валентина Уханова и показывает на один из экспонатов. — Вы только взгляните на древний аналог утюга. Это рубель и скалка. С помощью этих двух деревянных предметов вепсы умудрялись выгладить все белье. Его наматывали на скалку и ребристой поверхностью рубеля водили туда-сюда. Конечно, не было идеального качества, но как-то разглаживалось. Вепсы упрямые и целеустремленные. Вот Рюрика Лонина взять, он задумал музей, начал собирать все эти предметы, он от своего не отступил, хоть и смеялись над ним, но он своего добился. Чистый вепс.

Рюрик Петрович Лонин родился в 1930 году в деревне Каскесручей в Вепсской волости КАССР. Он собирал вепсский фольклор, писал книги, основал Шелтозерский этнографический музей. Знаменитый вепс награжден медалями «За доблестный труд», «Лауреат Всесоюзного смотра самодеятельного художественного творчества», «Лауреат II Всесоюзного фестиваля народного творчества» и другими. Лонину было присвоено звание заслуженного работника культуры Карелии.

– Харагейне, — протяжно зазвучало со второго этажа. Это запел вепсский народный хор. Он создан в Шелтозеро в 1936 году. Сегодня хор исполняет песни в подлинных распевах. С 1978 года его возглавляет заслуженный работник культуры Карелии и России Людмила Мелентьева.

Недавно музей был отреставрирован. Очевидно, без вепсской настойчивости не обошлось. Несколько раз даже пришлось менять подрядчика, но руководство музея и министерство культуры настроены идти до конца.

«Гордости маловато»

По наблюдениям Нины Зайцевой, вепсы всегда очень уважительно относились к представителям других народов, в частности, к русским.

– Был случай. Стоит группа вепсов. К ним подходит русский. И все тут же переходят на русский язык — а вдруг они говорят про него. Считалось, что в такой ситуации продолжать общаться на вепсском неприлично. Это всегда было невежливо говорить на языке, если кто-то другой его не понимает. В итоге мы сейчас утрачиваем язык. Гордости у вепсов маловато было. Или другая ситуация. Люди едут из деревни в город и через какое-то количество километров вдруг все одновременно перестают говорить по-вепсски и переходят на русский. Как будто какой-то водораздел, они считают, что их территория закончилась, сами не замечая этого, — сообщает Зайцева.

– Есть одно негативное качество у вепсов, — продолжает Светлана Пасюкова, — они обидчивые и ранимые очень. Мы сами к людям по-доброму и ждем взаимности. Обида проходит, но долго переживаем. Ранимость от малочисленности может быть.

Однако доктор филологических наук Зайцева уверена, нельзя всех вепсов назвать обидчивыми, только отдельные группы.

– Между разными группами есть различия. Северные вепсы — самые обидчивые. На них повлиял большой тракт вдоль большого озера, куда люди ездили на Русь, что называется. У них даже такая фраза была — «ходить на Русь» — зарабатывать дополнительные деньги. Они были отличные каменотесы, строили Санкт-Петербург. Дома были богаче. Они были более гордые, более зажиточные. Школы появились у одних из первых в северо-вепсском краю. Это население довольно рано стало грамотным.

Вепсы из глубинки жили за озерами и были более гостеприимными, потому что они ждали людей. От них приходили новые вести. Нина Зайцева сравнивает вепсский язык с финским, в котором нет отдельного понятия гость. Есть лишь слово «vieras», которое обозначает и гостя, и чужого. А у вепсов есть отдельное слово гость. У них всегда считалось, что гость — это царь. Даже в деревнях на домах не было замков. Когда всей семьей уходили по ягоды, в доме оставляли горячий самовар и угощенье — вдруг придет чужой и захочет чаю попить.

– Да, гостя с дороги всегда за стол, — приглашает отведать калиток (традиционная вепсская выпечка — Примеч. авт.) с чаем Валентина Уханова.

Она снимает амбарный замок и проходит внутрь комнаты первого этажа, берет из люльки коровий рог со странным наконечником.

– Вот настоящая древняя детская соска. Она состоит из рога коровы и соска от вымени коровы. Когда корову на мясо забивали, отрезали сосок. Он не засыхал, пока использовался. А этому рожку, конечно, уже больше ста лет. Сосок твердый. Внутрь рожка наливали молоко и добавляли мякиш хлеба. Такие соски использовали до начала XX века, пока не появились бутылочки с резиновыми сосками. Вепсы очень хозяйственные и практичные.

Мы поднимаемся на второй этаж. Там еще больше необычных предметов. Топоры для обтесывания стен с изогнутой ручкой. Искривленное топорище не дает поранить руку. Мышеловка, придавливающая грызунов весом толстой деревянной плиты. Всего в музее 8980 единиц хранения. На конец года будет 9000. Сюда вещи постоянно привозят со всей Карелии.

Единство с природой

Некоторые исследователи находят доказательства вепсского поверья, согласно которому считалось, что во время «грибного дождя» восстают души утопленников. Но с этим согласны не все ученые. Единство мнений заключается в другом — в том, что у этого народа особое трепетное отношение к природе.

– Если бы такое отношение к природе было бы у всего человечества, то экологических проблем просто не существовало, — подводит к выводу Нина Зайцева. — У вепсов полная гармония с природой. Бережное отношение в самих словах. Многие птицы, ягоды и кусты без уменьшительно-ласкательных суффиксов просто не употребляются. К примеру, в этом языке нет слов синица и земляника, есть только синичка и земляничка. А ласточка и вовсе переводится как «божья птичка».

Кукушка (по-вепсски звучит «кяги» — Примеч. авт.) — мифологическая птица, которая носит вести из мира живых в мир мертвых. А каждое дерево имеет свою душу. К березе девушки обращались, чтобы она освободила от печали. Есть притча про муравья и паука. В понимании вепсов паук более доброе существо, нежели муравей. Муравьи всегда под ногами у пастухов крутились. И однажды муравьи пожаловались Богу, что пастухи много крошек на пол бросают. Паук тоже полез к Богу наверх, чтобы защитить пастухов, у которых нет специального места, они же в лесу едят. И Бог сказал муравью, что он ябедник и сбросил его на землю.

– Муравей упал и разделился на две части. С тех пор он как бы состоит из двух частей. А пауку Бог дал ниточку, по которой он спустился с неба и теперь может ходить туда, куда захочет, — продолжает доктор наук.

В вепсских причитаниях нельзя мать назвать матерью, вдруг кто-то сглазит, поэтому ее всегда называли «дорогая, меня выносившая». Все знали, что речь идет о матери.

Занимаются вепсы гаданиями на суженного — поджигают бумагу на тарелке, смотрят на тень на печи, если покажется машина, то суженный будет шофером. Гадают в ночь перед рождеством, ходят на колодец, слушают, где собака залает, туда и замуж выйдет. Рассказывают случай, когда одна девушка должна была выйти замуж. Открыли трубу, вызвали духа, в тени на печке показалось что-то неясное, плохое, позже девушка вышла замуж, но вся ее семья погибла.

– Верят вепсы и в домового, который оберегал семью, и в хозяина бани. У него всегда просили легкого пару, — рассказывает Валентина Уханова.

Некоторые вепсы одно время на пороге в предбаннике делали отверстие и наливали туда ртуть, считалось, что это избавит от кожных болезней. Землю перед строительством дома выкупали, посыпая медными монетами и солью. Утром вставать у вепсов следует с правой ноги.

– Вообще, вепсы очень суеверные, — вспоминает Юрий Севастьянов. — Весной, когда выгоняли скот, проводили обряды. Например, жгли семена ольхи, заходили с леса, дымили для сохранности скота, чтобы зверь не задрал. Очень часто было, что волки или медведи слабых телят задирали.

Юрий Иванович Севастьянов родился в Горном Шелтозере в 1933 году. Здесь у него пятистенный дом.

– У нас в деревне таких домов было немного. Но их строили. Такой дом прочнее, я считаю. Комнаты отдельные для молодых, народу помещалось много.

– Коллективность для вепсов очень характерна, — добавляет его землячка Светлана Пасюкова. — Соседи всегда помогали друг другу. Всегда любили петь песни семьями, когда сено косили. Нравственная чистота была, бесконфликтность и компромиссность.

Мы перемещаемся в комнату, где угощают калитками, наливают чай. Калитки готовят из темной ржаной муки. В качестве начинки чаще используют картофель или пшено. Секрет вкусных калиток — тонкое тесто и большое количество масла. Другое популярное блюдо у вепсов — постные пироги с пшеном или капустой из картофельного теста «пашхи пиргат». Картофель пропускают через мясорубку, добавляют соль и яйцо. Раскатывают, добавляют выпаренное пшено. Запекают. Местные жители вспоминают свою деревню, как райский уголок, где растет черемуха, где идеальный микроклимат, где они всегда получают заряд жизненной энергии.

«Мы пытаемся накормить всю страну» Далее в рубрике «Мы пытаемся накормить всю страну»Как ученые в карельской деревне выводят новые сорта картофеля и тестируют буренок на чистокровность Читайте в рубрике «Общество» Двойной удар по ЕГЭПочему готовиться к экзаменам стало проще? Отвечают создатели успешного российского стартапа TwoStu Двойной удар по ЕГЭ

Комментарии

Авторизуйтесь чтобы оставлять комментарии.
Читайте самое важное в вашей ленте
Подпишитесь на «Русскую планету» в социальных сетях и читайте наиболее актуальные материалы
Каждую пятницу мы будем присылать вам сборник самых важных
и интересных материалов за неделю. Это того стоит.
Закрыть окно Вы успешно подписались на еженедельную рассылку лучших статей. Спасибо!
Станьте нашим читателем,
сделайте жизнь интереснее!
Помимо актуальной повестки дня, мы также публикуем:
аналитику, обзоры, интервью, исторические исследования.
личный кабинет
Спасибо, я уже читаю «Русскую Планету»